Потребительская кооперация: планы и факты

1. Главное в статье
2. Число сельскохозяйственных кооперативов сократилось с 10 530 в 2006 г. до 4 594 в 2023 г.; плановые показатели потребительской кооперации на 2021 г. не выполнены.
3. Ленинский кооперативный план предполагал слить все виды кооперации в «единый всенародный кооператив трудящихся» под контролем государства.
4. В 1918–1920 гг. кооперацию подчинили партии: декреты, назначение коммунистов в правление Центросоюза, аресты и «чистки» «старых» кооператоров.
5. Кооперативная политика первых лет советской власти вытравила из кооперации живое кооперативное ядро, оставив сухую оболочку формальной организации.

Введение

Кооперация в цифрах

«Возрождение потребительской кооперации» выступает с 90-х годов идеологическим слоганом, повторенным и в 2023 году как на Х съезде сельскохозяйственных кооперативов «Десять форумов за возрождение сельскохозяйственной кооперации», так и в «Программе развития системы потребительской кооперации на 2023-2027 годы» [1-2]. Количественные показатели этих организаций в нынешнем веке говорят сами за себя (таблицы 1-2).

Сколько кооперативов на селе

Сельскохозяйственные потребительские кооперативы, ед.

20117 793

20195 602

20205 742

20215 816

1.10.20216 368

2023 (75,4% к 2011)5 881

Сельскохозяйственные кооперативы, ед.

200610 530

01.01.20215 950

01.01.2023 (43,6% к 2006)4 594

К сожалению, отсутствуют основания полагать, что динамика сельхозкооперативов резко изменится в ближайшее время – этот процесс организуется, финансируется и направляется почти целиком государством (национальные программы, гранты, субсидии и т.п.), и ослабление этой поддержки ведет к спаду кооперативного развития. Даже сельскохозяйственные потребительские кооперативы, показывающие некоторую положительную динамику, играют ничтожную роль в сельской экономике (их доля услуг едва ли достигает 1 % – таков же удельный вес в сбыте сельхозпродукции, что близко не имеет сравнения с кооперативами Евросоюза, чья доля достигает 3/4 сбыта) [1-2].

Кооперативные организации нашего времени живут согласно «стратегиям», «концепциям», «программам», однако далеко не все меры по развитию потребительской кооперации выполняются [3-5]. Организации потребительской кооперации пребывают в нестабильном положении, их снижение эффективности демонстрируют индикаторы хозяйственной деятельности в таблице 2. Отсутствие экономического роста и затянувшаяся стагнация увеличивает социальную напряженность, неравенство в обществе, не способствует решению проблем бедности, низких доходов и т.п. Факт налицо – современное положение российской кооперации нельзя признать удовлетворительным, если учесть к тому, что в 1990г. в ее рядах числилось 30 млн. человек в качестве пайщиков, ее доля в товарообороте всех форм собственности достигала 28%, а на селе – до 84% (сегодня соответствующие показатели выглядят так: 1 млн. пайщиков – около 0% удельного веса товарооборота – несколько процентов доли на селе).

План и факт потребительской кооперации

Совокупный объем деятельности, млрд руб.

2010 факт228

2018 факт216,0

2021 план390

2021 факт189,9

2022 факт197,5

Численность пайщиков системы ЦС, млн чел.

200011,4

2010 факт3,8

2018 факт1,47

2021 план3,2

2021 факт1,123

2022 факт1,103

Численность работников потребительской кооперации, тыс. чел.

2000446

2007291

2018 факт114,9

2021 факт84,8

2022 факт78,7

Два столетних юбилея

Затронутые проблемы актуализируются в 2023 году в связи со столетним юбилеем выхода в свет двух, казалось бы, совершенно противоположных публикаций, изданных на русском языке и объединенных разве что одной тематикой, касающейся кооперации. Вековая дата предоставляет хороший повод для рассмотрения оппонирующих сторон: статьи В.И. Ленина «О кооперации» и монографии И.В. Емельянова «Кооперативные организации среди земледельцев» [6, 7].

Трехстраничные заметки «О кооперации» завершали ленинский кооперативный план, как его политико-идеологическую программу построения будущей советской кооперации, «строя цивилизованных кооператоров», который «и есть социализм». Ленинские идеи изменили ход истории не только в России, но и за ее пределами – его кооперативный план формировал в свое время многих, и в разных странах, возможно, формирует до сих пор. Однако, для нынешних поколений, в том числе молодежи, похоже, эта память не представляется важной, тем более если смотреть на факты окончательных итогов выполнения этого кооперативного плана.

Другой труд – 550 страничная монография, которую автор, как подлинный творец кооперации столетней давности, смог опубликовать в столице Чехословакии, где И.В. Емельянов в 1921-1927гг. занимался научно-преподавательской деятельностью в РИСХК (Русский Институт Сельхозкооперации в Праге). Иван Васильевич Емельянов (1880, село Заводоуспенское, Тобольской губ. – 1945, Вашингтон) до сих пор пребывает неизвестным на своей родине, поскольку этот русский профессор оказался в вынужденной эмиграции, а его труды размещались в прошлом веке на полках архивных и библиотечных спецхранов. Его обстоятельная монография представляет собой уникальный обзор русской и зарубежной кооперации с конкретными фактами, воспроизводящими широкую картину кооперативного движения того времени практически всех стран мира, включая Россию. Это произведение легло в основание его диссертационной работы, получило широкий положительный отклик в эмигрантских кругах русской научной общественности, но для последующих поколений последователей кооперации оно оказалось недоступным, и такое положение ощущается вплоть до настоящего времени.

Позже, благодаря своему труду «Economic Theory of Cooperation» (Вашингтон, 1942), изданному на английском языке, Иван Васильевич был признан зарубежными специалистами выдающимся ученым в области экономической теории кооперации (попутно, заметим – на своей родине он не удостоился соответствующего внимания и признания, хотя аналогичное забвение, например, для А.В. Чаянова после полувекового его забвения все же завершилось торжеством исторической справедливости в деле возвращения имени русского ученого в научный оборот). Однако зарубежным специалистам довелось ознакомиться лишь с одной крупнейшей работой Емельянова (пусть даже считающейся классическим трудом в мировой кооперации), но их внимание не привлек другой его солидный научный шедевр. Причина проста – объемная монография «Кооперативные организации среди земледельцев» была издана небольшим тиражом, в старорусской орфографии и в эмигрантской среде.

И.В. Емельянова можно охарактеризовать как блестящего представителя русской кооперативной мысли. Его идеи, статьи и книги в последние десятилетия начинают вспоминаться и находить свой путь к современному читателю – об этом же свидетельствуют сохранившиеся архивные документы и материалы, которые нами публикуются на протяжении четверти века [8-10]. В ближайшее время монография «Кооперативные организации среди земледельцев» нами также планируется к изданию.

Емельянов открыт, его труды и идеи возвращаются на родину, и было бы чрезвычайно интересно проанализировать емельяновскую работу, ведь каждый его труд – это уровень наивысших достижений русской кооперативной мысли. Однако делать этот анализ в данном исследовании просто непрактично. Вместо этого основное внимание будет сосредоточено на изучении обоснования ленинской кооперативной политики, на понимание ее сути в тот период времени, когда произошла разрушительная трансформация кооперации и изменение ее природы. Пролить свет на эти процессы – означает вернуть смысл потребительской кооперации. Цель исследования – попытаться представить ленинский кооперативный план в точном прочтении, демонстрируя результаты его фактической реализации. Задача состоит в том, чтобы выявить, почему, каким образом, в каких сферах и направлениях деятельности органы советской власти смогли повлиять на кооператоров и каковы оказались последствия такого воздействия.

Методы и материалы

Использованные источники разнообразны и группируются следующим образом. Во-первых, официальные партийно-советские материалы (декреты советской власти, ленинские публикации, газета Правда и др.). Во-вторых, издания русских эмигрантов и тех авторов советского времени (Билимович А.Д., Хейсин М.Л. и др.), которые критически оценивали взаимоотношения большевистской власти и кооперации. В-третьих, многочисленные исследования советских историков, положительно рассматривавших преобразование буржуазной кооперации в социалистическую – «ленинский кооперативный план» (Морозов Л.Ф. и др.). В-четвертых, современные исследования с привлечением ранее закрытых архивных фондов дают более взвешенную и научно-объективную историческую картину (например, Файн, Л.Е.). В-пятых, архивные материалы (ГАРФ – Государственный архив РФ; РЦХИДНИ – Российский центр хранения и изучения документов новейшей истории; РГФЭ – Российский государственный архив экономики).

Труды К. Маркса и В.И. Ленина о кооперации изучены и использованы для дальнейшего развития концептуальной основы анализа. Марксизм-ленинизм был единственным наиболее важным фактором формирования кооперативной политики и ее проведения в жизнь в рассматриваемый нами исторический период. Исследованы реальные кооперативные стратегии партии и правительства в первые годы советского государства, когда ленинские попытки построения коммунистическое общество, которые исходили из определенного идеологического плана, не увенчались успехом.

Результаты

Кооперация накануне и в год революции

Удивительное историческое совпадение состоит в том, что за два года почти день в день до октября 1917 года российская кооперация официально и торжественно отпраздновала свой 50-летний юбилей. В это время успехи и достижения всех видов кооперативного движения стали настолько очевидны, что признавались практически всеми влиятельными кругами общества и государственной властью. Кооперативы росли и их становилось все больше, особенно в сельской местности, что свидетельствует о массовости движения, если учесть, что кооперативный бум развернулся с начала ХХ столетия. К концу 1917 года насчитывалось 63 тысячи разных кооперативов с 24 миллионами членов, которые видели пользу в этих организациях, позволявших улучшать материальные условия своим участникам. Это было время, когда русская кооперации проходила зенит своего роста и развития – кооперация превращалась в серьезное основание социально-экономической структуры страны, поскольку становилась необходимым элементом крестьянской жизни широких трудовых слоев, впрочем не только крестьян, но и горожан. Кооперативное движение состояло как из небольших низовых кооперативов, так и крупных кооперативных организаций, работающих в финансовой сфере, в области производства и торговли. Среди последних видное место занимал образованный в 1898г. МСПО. В сентябре 1917г. Московский союз потребительских обществ переименовался в Центросоюз, объединявший каждого десятого члена-пайщика и каждое десятое общество в России. Решение о вхождении во Всероссийский центральный союз потребительских обществ принималось потребительскими обществами сугубо добровольно согласно рочдельским принципам [11-17].

Власти царской России не обращали особого внимания на кооперативное движение, если не сказать, что кооперация пребывала в административных ограничениях, ослабевавших год от года. Временное правительство, напротив, начало свое законотворчество, приняв «Положение о кооперативных товариществах и их союзах», изданное 20 марта 1917г. Это был единый кооперативный закон, текст которого подготавливался несколько лет силами самих кооператоров. Их работа не пропала даром, она оказала существенную помощь государственной власти, дав ей в руки готовый, подробный и тщательно разработанный документ, который, будучи законом, открывал русской кооперации дорогу широкого и организованного кооперативного движения на прочном фундаменте права, который, к сожалению, продержится меньше года и будет снесен.

Первые эксперименты большевиков

Когда же ленинские большевики захватили государственную власть, то столкнулись с дилеммой в отношении к кооперации, которая была для них чужой до 1917 года – ее не ценили, а потому в ней не имели влияния в отличие от своих политических соперников (меньшевиков и эсеров). Проблема для коммунистов состояла в том, что им были чужды идеи кооперации с ее принципами, демократией и свободой, эволюционным развитием кооперативного движения – они шли вразрез с их идеями коммунистической революции и коренной перестройки жизни народа. С одной стороны, у них была стратегическая цель – приход мировой коммунистической революции и устройство мирового коммунистического хозяйства. С другой стороны, не обладая опытом и знаниями в хозяйственной области, большевикам нужно было сохранить и укрепить обретенную власть, а также обеспечить себе поддержку и лояльное отношение.

«Эксперименты» с кооперацией начались уже с конца 1917г., когда разрабатывался проект о потребительских коммунах. Он был опубликован в январе 1918 года и вызвал категорический протест кооперативной общественности, поскольку проект наивно предполагал объединить граждан страны в национализированные потребительские общества, находящиеся под контролем местных комитетов снабжения. Этот утопически-авантюристический проект содержал ленинскую идею создания «единого всенародного кооператива трудящихся», в котором были бы слиты все виды кооперации в рабочие потребительские кооперативы, получавшие монопольные права на распределение товаров. Ленин верил и усматривал, что социалистическое государство – это сеть производственно-потребительских коммун, а в основе этой сети находится потребкооперация, которая национализирована и обязана все местное население включить в своей состав [18].

В апреле 1918г. вышел компромиссный декрет «О потребительских кооперативных организациях», по которому была договоренность о сотрудничестве – Центросоюз обязывался снабжать товарами население под наблюдением наркомата продовольствия. Председатель правления Центросоюза Д.С. Коробов отчитался при личной встрече с главой СНК В.И. Лениным о том, что к лету на территории Советской России имелось более 200 союзов и 25-27 тыс. потребительских кооперативов, которые обслуживали 70-75% населения. По статданным (протокол СНК от 21.11.1918г.) в 32 губерниях Европейской России членами потребкооперации состояло более 11 миллионов человек [19, с. 274; 20].

Однако повсеместно все виды кооперации испытывали на себе различные эксперименты: одни ставились под контроль и надзор, другие временно допускались к работе, иные подвергались гонениям, а громадная кредитная кооперация вообще была ограблена и ликвидирована еще в декабре 1918г.: Московский народный банк национализируется последним из банков – население несло в него свои сбережения, т.к. большевики заверяли, что он не будет национализирован, но председатель СНК отказался от своих слов, данных по договоренности с кооператорами [21].

В январе 1919г. Совнарком и Политбюро директивно постановили, что большинство мест в правлении Центросоюза должно принадлежать коммунистам, но после того, как кооператоры, в том числе рабочие кооперативы, не приняли ультиматум, СНК постановил 3 апреля персонально назначить членами правления десяток большевиков, занимавших ответственные советско-бюрократические посты (лишь двое из них имели опыт работы в низовых кооперативах). Ленин постоянно возвращается к мысли об организации потребительских коммун («от буржуазной кооперации важны меры переходные к коммунистическому потребительски-производительному объединению всего населения»). 20 марта 1919г. выходит декрет «О потребительских коммунах», разрушающий снизу доверху потребительскую кооперацию, вместо которой до середины следующего года возникают технические аппараты, распределяющие скудные продукты под опекой различных «продкомов» – продовольственных комитетов [22; 19, с. 290].

Ленин в своей записке «о мерах перехода от буржуазной кооперации к коммунистическому потребительски-производительному объединению всего населения» в феврале 1919г. ставит вопрос: «допустим, кооперация объединяет 98% населения? В деревнях это бывает. Становится ли уже от этого кооперация коммуной? Нет. Вся трудность задачи… состоит в том, чтобы выработать систему практических мер перехода от старой кооперации … к новой и к настоящей коммуне, – мер перехода от буржуазно-кооперативного к пролетарски-коммунистическому снабжению и распределению». Он даже предлагает назначить премию за лучшую программу таких мер [19, с. 290-291].

А.В. Чаянов после этого публикует «Основные идеи и формы организации сельскохозяйственной кооперации» и своими работами помогает Ленину обосновать доводы в пользу кооперации. Чаянов утверждал, что, в то время как одни крестьяне в первую очередь были озабочены максимизацией прибыли, другие крестьяне, объединенные в кооперативы, были мотивированы главным образом необходимостью обеспечивать свои семьи. Поскольку последняя цель была в значительной степени основана на успехе кооператива, на продвижение социальных благ, хотя и ограниченных кооперативом, но применяемые в больших масштабах в преимущественно крестьянской, аграрной России, кооперативы могли бы привести к социализму. Ленин повторит эту идею еще раз в статье «О кооперации» без ссылки на Чаянова, который считал, что основная причина, по которой кооперативы могут привести к развитию социализма – их способность направлять частные интересы на коллективное благо [23].

Разгром сельскохозяйственной кооперации

В 1919г. после осеннего поражения белого движения большевистское государство чрезвычайно резко меняет свое отношение со всеми видами кооперации и расправляется с ними стремительно одним росчерком пера (ликвидировались всероссийские центры сельхозкооперации, кредитные кооперативы и Совет кооперативных съездов – январский декрет 1920г. требовал объединять все виды кооперативных организаций, так как они являлись якобы очагами контрреволюции с кулацкими элементами, а потому у них всех или отсутствуют права на существование или они вливаются в потребительские коммуны и их союзы [24].

Наряду с партийными вершителями судеб кооперации (Ленин, Милютин и др.) свой вклад в разгром сельхозкооперации внес председатель Сельскосовета А.В. Чаянов, который еще за 10 дней до издания декрета вне повестки дня выступил на заседании Сельскосовета с докладом «Сущность и значение сельхозкооперации». Его неопубликованная статья «Место крестьянской кооперации в организации народного хозяйства Советской России» совпадает почти целиком с текстом тезисов доклада и концептуально схожа с декретом, основная идея которого – сотрудничество с государством «во имя социализма» – именно к этому четко обращен призыв Чаянова, чьи идеи имеют прямое отношение к декрету: «Должны быть найдены формы соглашения, сосуществования крестьянского хозяйства с государственными центрами экономической политики. Такой формой может явиться кооператизация крестьянского хозяйства с высшими государственными органами. Вне этого форма организации нашего социалистического народного хозяйства в стройную систему планомерно работающую по единому плану, немыслима и заранее обречена на неуспех» [24; 25]. Архивы показывают, что Александр Васильевич активно участвовал в реализации декрета, разрабатывал инструкции по его осуществлению, организовал роспуск кооперативных центров, а в мае 1920г. подписал постановление: «Считать Сельскосовет ликвидированным». Кооперация видоизменилась в корне: при Центросоюзе возникли секции (сельскохозяйственная и кустарно-промысловая), управлять которыми назначались коммунисты [26, 27, 28, 29].

Таким образом, прежние организации и кооперативная идеология были повержены, а «реакционные и буржуазные» кооператоры устранялись и даже физически уничтожались. А.М. Лежава (Председатель обновленного Правления Центросоюза) заявил летом 1920г.: «мы с удовлетворением можем констатировать, что после трех лет борьбы со старой кооперацией от последней ничего не осталось» [30].

Мы с удовлетворением можем констатировать, что после трех лет борьбы со старой кооперацией от последней ничего не осталось.

Дело Центросоюза 1920 года

На IX съезде РКП(б) в своей речи 3 апреля 1920г. Ленин дает коммунистам плановое задание: «В кооперации сидит целый ряд контрреволюционеров. Тут справедливо сказали о ЧК. Если благодаря своей близорукости вы не можете изобличить отдельных вожаков кооперации, то посадите туда одного коммуниста, чтобы он указал эту контрреволюцию, и если это хороший коммунист, а хороший коммунист в то же время есть и хороший чекист, то, поставленный в потребительское общество, он должен притащить по крайней мере двух кооператоров-контрреволюционеров». Ему вторил член правления Центросоюза по назначению Н.Н. Крестинский о том, что чересчур благодушно советская власть относится к старым кооператорам. Он потребовал от имени ЦК самых резких мер подавления к тем, у кого замечена «политическая и социально-реакционная идеология» [31, 32].

Цинично-откровенная установка на прямые репрессии исполнялась с невероятной быстротой. Газета «Правда» 28 апреля рапортовала десять дней спустя после завершения съезда в размещенном сообщении «Белогвардейские кооператоры», подписанном председателем ВЧК Ф.Э. Дзержинским о том, что раскрыта «подпольная» деятельность целой группы «старых» кооператоров, в частности в правлении Центросоюза. Но если ранее чекисты арестовывали кооператоров, инкриминируя им военно-политический заговор, который велся против советской власти путем активной подрывной деятельности, то на этот раз ВЧК открыл контрреволюционный «экономический заговор» старых кооператоров, которые «проводили закулисную политику, идущую вразрез с интересами и заданиями Советской власти» – они получали директивы, в которых «ясно видна была рука настоящих закулисных их вдохновителей, т.е. заграничного капитала» (так!).

Несколько фраз из якобы присланной «директивы»: «Разыщите экспортные товары, затратьте на них все имеющиеся у вас средства, затратьте все, что выручите от продажи наших товаров, и шлите все это нам. О выгоде особенно не заботьтесь. Продавайте по ценам, какие сможете выручить, покупайте, почем можете купить, а прибыли и убытки посчитаем потом. Не очень разборчивы будьте и в отношении товаров. Лен, пенька, лес – нам здесь все пригодится. До книг включительно…». К тому времени монополия на внешнюю торговлю уже больше года проводилась не Центросоюзом, а государством, но Дзержинский, отчитываясь о раскрытии заговора кооператоров, бездоказательно и несправедливо обвинял их в намерении свергнуть советскую власть, скупая для этих целей лес, пеньку, лен, книги в соответствии с некими «директивами», якобы полученными из Англии. Ознакомившись с этими зловредными данными, ВЧК арестовала членов правления Центросоюза Д.С. Коробова, В.А. Кузнецова, А.Н. Лаврова [33].

27 апреля Ленин как председатель СНК, как сообщается в том же номере «Правда», на основании абсурдно-противоречивого доклада Дзержинского, абсолютно нелогичного и стилистически безграмотно составленного текста как бы присланной «директивы», постановил отстранить как арестованных, так и находящихся за границей членов правления Центросоюза (всего 11 человек). Политбюро на следующий день издало постановление и поручило Л.Б. Каменеву против кооператоров «поднять кампанию, используя дополнительные материалы для радио» и СМИ. Например, газета «Петроградская правда», являясь органом Петербургского комитета РКП (так!) опубликовала 29 апреля с небольшим сокращением заметку Дзержинского под сходным заголовком – «Белогвардейцы в кооперативах» [34]. Таким образом, итогом стал тот факт, что к руководству Центросоюза пришли надежные коммунисты, которые с тех пор назначались с подачи Политбюро [35].

Верховный революционный трибунал в начале сентября не нашел в массиве обвинений в адрес арестованных каких-либо доказательств их вины, но три члена выборного правления Центросоюза приговаривались (к 15 лет годам лишения свободы каждому) с абсурдной и политически ангажированной мотивировкой, что они послали за границу «своих единомышленников», чья деятельность была направлена к срыву экономической политики советской власти и всемирной поддержке русской контрреволюции» [36].

Однако, дело имело удивительное продолжение: прошло 2 месяца после суда и в ноябре Политбюро (!), очевидно, не желая оставлять в истории негативное для себя свидетельство, пересмотрело принятое решение, применив амнистию к делу кооператоров (что являлось уникальным и чуть ли не единственным случаем в судебной практике тех времен) [37-38].

1. 20 марта 1917«Положение о кооперативных товариществах и их союзах»Единый кооперативный закон Временного правительства, подготовленный силами самих кооператоров.
2. Сентябрь 1917МСПО переименован в ЦентросоюзОбъединял каждого десятого члена-пайщика и каждое десятое общество в России.
3. Январь 1918Проект о потребительских коммунахВызвал категорический протест кооперативной общественности.
4. Апрель 1918Декрет «О потребительских кооперативных организациях»Компромисс: Центросоюз снабжает население под наблюдением наркомата продовольствия.
5. Декабрь 1918Ликвидация кредитной кооперацииМосковский народный банк национализируется последним из банков.
6. 20 марта – 3 апреля 1919Декрет «О потребительских коммунах» и назначенное правлениеСНК персонально назначает членами правления Центросоюза десяток большевиков.
7. Январь 1920Декрет об объединении всех видов кооперацииЛиквидируются всероссийские центры сельхозкооперации, кредитные кооперативы и Совет кооперативных съездов.
8. Апрель 1920IX съезд РКП(б) и аресты в ЦентросоюзеСообщение «Белогвардейские кооператоры»; отстранены 11 членов правления Центросоюза.
9. Май 1920«Считать Сельскосовет ликвидированным»Постановление подписал А.В. Чаянов.
10. Сентябрь – ноябрь 1920Приговор и амнистияТрибунал приговаривает трех членов выборного правления, через два месяца Политбюро применяет амнистию.

Почему кооперацию не уничтожили окончательно

Между тем, есть еще обстоятельства, которые не следует сбрасывать со счетов. В январе 1920г. руководство Антанты склонилось к тому, чтобы возобновить торговые отношения с советской Россией, но собралось их устанавливать, используя кооперативные организации, то есть через посредство Центросоюза, который к этому времени уже подчинялся партии и правительству, будучи лишенным самостоятельности и свободы. Более того, все шло к окончательному слиянию Наркомата продовольствия с Центросоюзом и полному огосударствлению кооперации (даже был принят соответствующий документ), и уже имелся опыт такого рода в Петрограде (Петрокоммуна). Ленин о таком будущем говорил неоднократно, но довольно осторожно: например, 2 февраля он заверял, что страна «через несколько недель, а может через небольшое число месяцев превратится в один великий кооператив трудящихся». Однако слияние не произошло и кооперацию окончательно не уничтожили, впрочем, не из-за принципов, а в силу прагматизма [37-42].

Ведь было политически важно сохранить видимость свободной кооперации, показывая это западному общественному мнению. Укрепляя политические позиции, важна была на практике тесная связь с крестьянином-середняком. Наконец, значение также имело то обстоятельство, что за границей находились денежные средства русских кооперативных организаций, исчислявшиеся суммами в несколько миллионов золотых рублей (которые немного позже были вытребованы советским государством).

Нэп и статья «О кооперации»

Когда на Х съезде ВКП(б) принималась новая экономическая политика, В.И. Ленин отнес кооперацию к форме государственного капитализма и предложил отменить ее жесткое подчинение Наркомпроду. Нэп придала уверенности Ленину, ее результаты в 1921-22гг. вдохновили его на написание восторженной статьи «О кооперации», в которой признавалась перемена большевистской точки зрения на социализм и кооперацию, которая по-прежнему для него не должна была быть «нейтральной» и даже добровольной, но через простое кооперирование населения возможно достичь социализма. Он объявляет кооперацию социалистической, поскольку большевики имеют власть и государству принадлежат основные средства производства, а потому кооперация – средство, которое связывает интересы государственные и частных мелких хозяйств. Как и в предыдущие годы, он настаивал на принудительно-приписном членстве, а не на добровольном, и это обязательное членство проводилось, а потом оно стало формально добровольным (правительство приняло решение о добровольности за три недели до его смерти). В.И. Ленин полагал, что люди воспримут советскую кооперацию, привыкнув соблюдать обновленные условия существования, приспособятся к ним. Потребительская кооперация, подчиненная общегосударственным требованиям, может заставить людей привыкнуть к новым условиям. Если государство даст финансово-экономические льготы кооперации, поддержит новый принцип организации населения, а также поднимет уровень культуры, то это, по его мнению, должно привести за один-два десятилетия к строю цивилизованных кооператоров, то есть к социализму [6].

Путь кооперации в ленинской политике

Ретроспективная оценка

Ретроспективная оценка, по нашему мнению, выглядит следующим образом. В.И. Ленин и его партия, исходя из марксистской идеологии, были стратегически нацелены через мировую коммунистическую революцию выстроить мировое коммунистическое хозяйство, но захватив государственную власть, создавали систему централизованного хозяйства, в котором государство овладевало средствами производства и становилось организатором социально-экономической жизни в стране.

В условиях, принципиально отличающихся от рыночной экономики, работник подчинился властям – такая зависимость позволила разбухнуть колоссальной бюрократии и появиться обновленным и привилегированным группам общества. Такой бюрократический аппарат занимался управлением работающими людьми, которые все больше отчуждались от предприятий, где они работали. Партия, которая имела монополию в своей деятельности, инкорпорировалась в государственные структуры, и они вместе обретали мощную силу. Партийная и административная номенклатура характеризовалась самодовлеющей волей к власти, а это неизбежно и последовательно приводило к диктаторству и тоталитаризму.

Вот почему свободного кооперативного движения не обнаруживается – оно заменилось кооперативным строительством в советском государстве. От прежней кооперации мало что осталось: были ликвидированы кредитные кооперативы, а позже и промысловая кооперация (к концу 1950-х), потребительскую кооперацию выгнали из городов, где отобрали ее материально-техническую базу и денежные средства, определив ей работать с 1935 года на селе, где была проведена насильственная коллективизация. Слова суровой критики и, на наш взгляд, справедливые оценочные суждения были высказаны профессором А.Д. Билимовичем о том, что от прежней кооперации осталась только вывеска, но «советская власть, как мы видели, обнаруживает склонность постепенно убрать даже эту вывеску, беря функции разных видов кооперации в собственные руки. Советская хозяйственная жизнь, после краткого нэповского перебоя, не только не обнаруживает тенденции к «рассасыванию» государственных хозяйственных организаций кооперативными, но, наоборот, показывает тенденцию поглощения и замены кооперации государственными организациями. Это соответствует общему стремлению советского государства к тоталитарному, неограниченному и бесконтрольному диктаторскому властвованию над всеми сторонами народной жизни. При этом властвовании для целей, ничего общего не имеющих с благом самого населения и этому благу резко противоречащих. В этом сказывается основной реакционный и уродливый характер советской власти, одной из жертв которого явилась и русская кооперация, обнаружившая в других условиях столько жизненной силы и организационного таланта» [12, с. 128].

Как кооперативное движение стало кооперативным строительством

Заключение

Кооперативная политика большевиков первых лет советской власти имела в своей основе идеологическую и политическую базу в виде марксистско-ленинского учения. Кооперация для В.И. Ленина была важным компонентом экономической политики, но, когда крестьяне и горожане оказались не восприимчивы к коммунам, которые власть пыталась создавать из кооперативов (население называло их «потребиловки»), он не стал настаивать на умозрительно-провальном проекте, и это приводило его к мысли о новой экономической политике. Ленин исходил из марксистской идеологии и представлял, что все население страны должно быть приписано к одному единственному обществу потребителей, но как это конкретно произойдет, было совершенно неясно. Поэтому в политико-идеологическом плане кооперация у него прошла путь от буржуазной до социалистической и от формы государственного капитализма до средства перехода к социализму.

Глава Сельскосовета А.В. Чаянов в сотрудничестве с властями сумел, по сути, способствовать развалу создаваемой многие годы системы сельскохозяйственной кооперации, а вот руководство Центросоюза оказалось принципиально стойким, сопротивляясь прессингу советских «экспериментов» до тех пор, пока выборные члены его правления не были буквально силой устранены, попав персонально под самые жесткие репрессивные меры.

Большевики добились того, что собственным кооперативным строительством они задушили кооперативное движение, лишили его свободы действий, путем «чисток» обезвредили былую кооперацию, которая стала их распределительным и заготовительным органом. Потребительская кооперация была вынуждена подчиниться целям коммунистической партии, которая, не создав еще собственного аппарата, стала использовать подневольные кооперативные организации – они в этой роли обязывались служить в первую очередь не населению, а целям партии.

Последствия слома кооперативной системы были фатальны и трагичны. Кооперативная политика первых лет советской власти гибельно отразилась на русской кооперации, вытравив из нее живое кооперативное ядро и оставив сухую оболочку формальной организации. Изначально десятилетиями складывались кооперативные традиции и опыт работы, но все было подорвано, и вместо активного кооперативного движения шло кооперативное строительство «сверху» при иждивенческих и пассивных настроениях участников кооперации снизу доверху. Поглощенные органами советско-партийной системы, кооперативы стали выполнять плановые задания и превратились в распределительно-заготовительный подчиненный аппарат, который сохранялся до конца ХХ века с переходом в нынешнее столетие.

Кооперативные идеи о том, что кооперативное движение – это мирный и эволюционный путь реорганизации хозяйств, чье существование, рост и развитие ведется на соответствующих принципах, в частности на началах индивидуальной свободы участников, владеющих своей кооперативной собственностью – все это осталось в историческом прошлом России, как, впрочем и многое, связанное со знаниями о кооперации, ее кадрами, доверием населения и т.п. В современной России возможно не потеряны шансы обновить структуру кооперации, придать импульс и перезапустить кооперативное движение, но задача «возрождения и восстановления кооперации», на наш взгляд, представляется невероятно архисложной, по крайней мере, в обозримой перспективе.

Список источников 42

1. РСО «Агроконтроль» http://www.agrokontrol.ru/index.php/2-uncategorised/240-o-provedenii-x-vserossijskogo-s-ezda-selskokhozyajstvennykh-kooperativov-2?iccaldate=2023-02-1.
2. РСО «Агроконтроль» – Состоялся X Всероссийский съезд… http://agrokontrol.ru›index.php/2…240…ezda…kooperativov-2
3. Концепция развития системы потребительской кооперации на 2017-2021 годы Концепция развития… admkuzm.ru›upload/iblock/cf0/….pdf
4. Основные показатели социально-экономической деятельности потребительской кооперации в Российской Федерации. Центросоюз России. -М., 2011-2015.
5. Программа развития системы потребительской кооперации на 2023-2027 годы (Основные целевые показатели Программы) Программа развития системы потребительской… ppt-online.org›1304350
6. Ленин В.И. Полное собрание сочинений. – 5-е изд. – М.: Политиздат, 1970. – Т. 45. – С. 369-377.
7. Емельянов И.В. Кооперативные организации среди земледельцев. Прага. 1923.
8. Соболев А.В., Пахомов В.М. И.В. Емельянов: экономическая природа кооперативных организаций. Ярославль–Москва: Канцлер, 2020. 462 с
9. Соболев А.В., Пахомов В.М. Емельянов: формула кооперативного земледельческого движения. Ярославль–Москва: Канцлер, 2020. 316 с.
10. Соболев А.В. Кооперация: экономические исследования в русском зарубежье. М.: ИТК «Дашков и Ко », 2021. 364 с.
11. Анцыферов, А.Н. Курс кооперации: Научное издание / составитель и редактор проф. А.В. Соболев. Ярославль-Москва: Канцлер, 2019.
12. Билимович, А.Д. Кооперация в России до, во время и после большевиков / А.Д. Билимович; Ин-т экономики. – М.: Наука, 2005.
13. Хейсин, М.Л. / 50 лет потребительской кооперации в России : (Ист. очерк и соврем. состояние) / М.Л. Хейсин. – Петроград : Петрогр. отд. Ком. о сел. ссудосберегат. и пром. т-вах, 1915.
14. Хейсин, М.Л. История кооперации в России [Текст] : все виды кооперации с начала ее существования до настоящего времени / под ред. и с доп. М. А. Скворцова ; предисл. Л. М. Хинчука. – Посмертное изд. – Ленинград : Время, 1926.
15. К пятидесятилетнему юбилею российской кооперации. 1865-1915 // Союз потребителей. Издание Московского Союза потребительных Обществ. 1915. № 29.
16. Макерова, Н.Я. Потребительская кооперация. // Кооперация в СССР за 10 лет. Отв. ред. В.П. Милютин.: Ком. Академия, 1928. С. 101-124.
17. Морозов, Л.Ф. От кооперации буржуазной к кооперации социалистической [Текст] : Из истории становления советской кооперации. – Москва : Мысль, 1969.
18. Ленин, В. И. Полн. собр. соч. Т. 35, с. 206 – 210.
19. Ленинский сборник. XXVI. М., 1931. С. 274
20. Российский центр хранения и изучения документов новейшей истории (РЦХИДНИ), ф. 19, оп. 1, д. 224, л. 39.
21. См. Народное хозяйство, 1918, N 6 – 7, с. 29; Кооперативная жизнь, 1918, N 8 – 9 с. 27- 29; Экономическая жизнь, 19 и 20.XI.1918; Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ), ф. 130, оп. 2, д. 273, л. 17а.
22. РЦХИДНИ, ф. 19, оп. 1, д. 274, л. 3; д. 209, л. 4; ф. 10, оп. 3, д. 12, л. 1, ф. 17, оп. 3, д. 73, л. 1 – 2.
23. Чаянов, А.В. Основные идеи и формы организации сельскохозяйственной кооперации. М: Наука, 1991.
24. Директивы КПСС и советского правительства по хозяйственным вопросам. Т. 1. М. 1957, с. 149-150.
25. РЦХИДНИ, ф. 19, оп. 1, д. 343, л. 5; д. 344, л. 5 – 6, 71, 73 – 74.
26. Российский государственный архив экономики (РГАЭ), ф. 7018, оп. 1, д. 29, л. 5; д. 23, л. 9; д. 25, л. 10.
27. РГАЭ, д. 25, л. 9, 12; ф. 1943, оп. 3, д. 1100, л. 9.
28. ГАРФ, ф. 130, оп. 4, д. 316, л. 16.
29. Файн, Л.Е. Военно-коммунистический «эксперимент» над российской кооперацией (1918-1920 гг.) // Вопросы истории. – 1997. – № 11. – С. 37-38.
30. РЦХИДНИ, ф. 19, оп. 1, д. 274, л. 3; д. 209, л. 4; ф. 10, оп. 3, д. 12, л. 1, ф. 17, оп. 3, д. 73, л. 1 – 2.
31. Ленин, В.И. Полн. собр. соч. Т. 40. С. 279.
32. РКП(б). Съезд (9; 1920; Москва). Девятый съезд РКП(б) [Текст] : март-апрель 1920г. / под ред. Н. Л. Мещерякова. – Москва : Партийное изд-во, 1934
33. Правда, 28 апреля 1920г.
34. Петроградская правда, 29 апреля 1920г.
35. РЦХИДНИ, ф. 19, оп. 1, д. 274, л. 3; д. 209, л. 4; ф. 10, оп. 3, д. 12, л. 1, ф. 17, оп. 3, д. 73, л. 1 – 2.
36. З. Ленский. Положение русской кооперации // Современные записки. 1920. Кн. I. С. 155.
37. РЦХИДНИ, ф. 17, оп. 3, д. 124, л. 2.
38. РЦХИДНИ, ф. 17, оп. 3, д. 93, л. 2 – 3
39. РГАЭ, ф. 484, оп. 1, д. 131, л. 17.
40. Материалы к X съезду РКП(б) по вопросам экономического положения. М. 1921, с. 60.
41. Вестник промысловой кооперации, 1923, N 1, с. 12
42. Ленин, В.И. Полн. собр. соч. Т. 40, с. 102 – 103; т. 41, с. 154.